Содержание
Тайная молитва Священника в алтаре текст
Очень интересует вопрос т.н. тайных молитв на литургии. Чем оправдано их никому неслышное чтение? Почему люди, приходящие причащаться не слышат евхаристических молитв?
Отвечает священник Афанасий Гумеров, насельник Сретенского монастыря:
Многие из причащающихся в наше время не сознают великого значения Бескровной Жертвы, которая приносится во время Евхаристии. Если бы сознавали, то не просили сразу же после литургии совершить поминовение живых или усопших (отслужить панихиду или литию). Ведь нет выше литургийного поминовения. «B словах, «благодарим Господа», должно быть сосредоточено все напряжение благодарности всего молитвенного собрания. B эту минуту все должны осознать всю свою евхаристичность, т. е. благодарность Богу. Поэтому таким отрицанием этой евхаристичности, т.е. самого смысла Литургии является просьба человека, присутствовавшего на Литургии и слышавшего эти слова, отслужить ему благодарственный молебен, потому что он ему понятнее, ближе и говорит ему больше, чем самая возвышенная благодарственная служба — Евхаристия. Так невыразимо грустно слышать эти просьбы о благодарственном молебне после Литургии, т.е., иными словами, вместо Литургии, которая, следовательно, ничего не говорит душе желающего поблагодарить Бога человека. Кстати сказать, вообще, служение каких-либо треб после Литургии так противоречит духу нашего богослужения!» (архимандрит Киприан (Керн). Евхаристия, М., 2001, с.314).
В истории были попытки отдельных или группы священнослужителей внести изменения в существующую практику служения литургии. Так обновленческий епископ Антонин (Грановский) в начале 1920-х годов служил «литургию, рецензированную по чинам древних литургий». Престол он вынес на солею. Но все это делалось самочинно, и жизнь отменила эти новшества. Напротив, великие пастыри (святые Иоанн Кронштадтский и Алексий Мечёв, протоиерей Валентин Амфитеатров и др.), чуткие к церковной жизни, ничего не меняя в обрядовой стороне, совершали литургию с тем благодатным вдохновением, которое духовно возрождало десятки тысяч людей.
Твоя от Твоих Тебе приносяще
Итак, разбирая чинопоследование Божественной литургии (смотрите публикации в предыдущих номерах газеты и на сайте Саратовской епархии), мы подошли к ее вершине — Евхаристическому канону. Рассказывает нам о нем и объясняет отдельные его моменты наш постоянный собеседник, доцент Саратовской православной семинарии Алексей Кашкин.
— Греческое слово «канон» означает правило. Канонами назывались правила Вселенских Соборов. И в данном случае канон утверждает правило священнодействия, совершаемого в алтаре, его последовательность. Ведь это священнодействие — важнейшее из совершаемых в храме, здесь нет ничего второстепенного и мелкого. Канон регламентирует каждое движение и каждое слово.
— Для нас, мирян, Евхаристический канон начинается с возгласа «ГорЕ имеим сердца». Как его понимать?
— «ГорЕ» значит вверх, глагол «имеим» можно перевести как «давайте будем иметь» — это призыв обратить сердца от дольнего («нижнего»), от наших земных забот и проблем к горнему. Но обратить сердца — значит не просто не думать, не вспоминать обо всем этом во время совершения Евхаристии. Церковь в эту минуту призывает нас к большему, к тому, чтобы жить горним, пребывать сердцем в Боге. На самом деле, мы всегда должны жить так, чтобы сердца наши были обращены горЕ. Но мы по немощи нашей не справляемся с этим и должны хотя бы сейчас, перед великим чудом преложения хлеба и вина в Плоть и Кровь, сделать сугубое усилие.
— С возгласа «Благодарим Господа» начинается анафора — главная часть Божественной литургии. Почему она предваряется именно этим возгласом и что она такое?
— Слово «Евхаристия» означает благодарение; Сам Господь перед тем, как установить Евхаристию, возблагодарил Отца (см.: Лк. 22, 19). И мы, приступая к Божественной трапезе, благодарим Господа за дело нашего спасения, осуществленное Им. И в тайных молитвах, читаемых священником в алтаре, главное место занимает именно благодарение Бога.
Слово «анафора» греческое, оно означает возношение. В ветхозаветном понятии жертва именно возносится — в виде дыма, к небесам. Слово «анафора» говорит о том, что мы приступаем к жертвоприношению, к бескровной жертве.
— Хор поет «Достойно и праведно есть поклонятися Отцу и Сыну и Святому Духу», диакон в алтаре снимает с дискоса с предложением (Агнцем) прикрывающую его звездицу. Далее мы слышим возглас священника «Победную песнь поюще, вопиюще…» и далее — торжественное и страшное песнопениеСвят, Свят, Свят Господь Саваоф! Исполнь (полны) небо и земля славы Твоея (Ис. 6, 2).
— Здесь надо отметить, что Евхаристический канон целостен и состоит как из тайных молитв, читаемых священником в алтаре, так и из тех возгласов и песнопений, которые слышит церковный народ. Возглас священника «Победную песнь поюще, вопиюще, взывающе и глаголюще» есть продолжение его тайной молитвы, точнее говоря, продолжение заключительных слов той части, которая читается священником, пока хор поет «Достойно и праведно…»: «предстоят Тебе тысящи Архангелов и тмы Ангелов, Херувими и Серафими шестокрилатии, многоочитии…». А песнопение «Свят, Свят, Свят» имеет в литургической науке специальное название sanctus (лат. святой) и разделено на две части: первая возвращает нас к книге пророка Исаии, который видел Господа, сидящего на престоле высоком, и Серафимов, славивших Его именно этими словами. А вторая взята из псалма 117‑го: Благословен грядый во имя Господне (26).
— И вот наконец — Приимите, ядите…
— Это установительные слова Святой Евхаристии. В Литургии святителя Василия Великого они предваряются еще фразой «Даде (давая) святым Своим учеником и апостолом рек». Установительные слова, произнесенные Господом на Тайной вечере, при установлении Евхаристии, в Литургии имеют следующий вид:Приимите, ядите, сие есть Тело Мое, еже за вы ломимое во оставление грехов… Пийте от нея вси, сия есть Кровь Моя Новаго Завета, яже за вы и за многи изливаемая во оставление грехов. Интересно, что ни в Евангелиях, ни в Первом послании к Коринфянам (11, 24–25) эти слова именно в таком виде не встречаются. Можно сказать, что Церковь соединила текст установительных слов из Евангелий от Матфея и от Луки, и получился нынешний синтетический вариант. Впервые он встречается в Литургии апостола Иакова, затем перешел в наши обе Литургии. Эти слова заставляют нас еще раз осознать и почувствовать: Евхаристия, совершаемая сегодня в наших храмах, восходит к Тайной вечере.
После установительных слов мы слышим «Твоя от Твоих Тебе приносяще о всех и за вся»; в алтаре происходит возношение Даров, диакон поднимает сосуды (дискос и Чашу) над престолом, затем вновь ставит на место.
— Все, что есть на этом свете, создано Богом и принадлежит Ему. И что мы можем принести Ему в дар? Только то, что и так Его. И мы — Его, потому и возносим то, что от Него получили — не только за себя, но и за всех. Хор поет «Тебе поем, Тебе благодарим», а священник в алтаре читает краткую молитву, которая по-гречески называется эпиклезис — призывание: «Еще приносим Ти словесную сию и безкровную службу, и просим, и молим, и мили ся деем, низпосли Духа Твоего Святаго на ны и на предлежащия Дары сия». Это призывание присутствует во всех древних Литургиях. Нашествием Святого Духа происходит освящение Святых Даров. Следует, однако, отметить: православные богословы воздерживаются от указания точного момента преложения земного вещества в Плоть и Кровь Господа. Мы не можем вот так, механически фиксировать действие благодати Божией в земном времени: вот, секунду назад это было вино и хлеб, а сейчас уже иное. Тем не менее, после эпиклезиса начинается центральная часть Евхаристического канона.
Молитва эпиклезиса прерывается добавлением, вошедшим в канон в XVII веке вследствие полемики с католиками — читается тропарь третьего великопостного часа о призывании Святого Духа: «Господи, иже Святаго Твоего Духа в третий час апостолам Твоим ниспославый…». После тропаря молитва эпиклезиса (в которую еще вставлены слова диакона, так что получается искусственно созданный диалог) завершается: диакон, указывая орарем на дискос, говорит: «Благослови, владыко, Святый Хлеб». Священник благословляет предложение со словами «И сотвори убо хлеб сей честное Тело Христа Твоего». Диакон, указывая орарем на Чашу: «Аминь. Благослови, владыко, Святую Чашу». Священник: «А еже в Чаши сей, честную Кровь Христа Твоего». Затем, благословив Святые Дары вместе, произносит: «Преложив Духом Твоим Святым». Священник и диакон совершают земные поклоны, и многие в храме следуют их примеру. Священник тайно (про себя) читает молитвы «Яко же быти причащающимся» и «Еще приносим Ти словесную сию службу». И начинается завершающая часть Евхаристического канона.
— Именно здесь звучит обращение к Божией Матери…
— Да, мы слышим возглас «Изрядно о Пресвятей, Пречистей, Преблагословенней…», а хор поет «Достойно есть» или «О Тебе радуется», если совершается Литургия святителя Василия Великого. Пока поется это песнопение, священник тайно молится за всех усопших, а затем и за живых: «В первых помяни, Господи…». «И всех и вся» — продолжение этой молитвы хором. Затем мы слышим слова о нашем единении перед Божественной трапезой: «И даждь нам единеми усты и единем сердцем славити и воспевати пречестное и великолепное имя Твое». Завершается Евхаристический канон возгласом священника «И да будут милости Великого Бога и Спаса нашего со всеми вами. ».
— Далее, после второй просительной ектении «Вся святыя помянувше…» нас ждет общее пение молитвы Господней, «Отче наш». Почему?
— Это одна из древнейших особенностей Литургии, восходящая к III веку. А поем мы ее все вместе перед Причащением — не только потому, что эта молитва дана нам Самим Господом, но и потому, что в ней есть слова «Хлеб наш насущный даждь нам днесь». Мы можем воспринимать их как слова о хлебе насущном, о том пропитании, которое подает нам всем Господь, но святые отцы подразумевали здесь Хлеб Евхаристии — Святые Дары. И воспринимали «Отче наш» как молитву о даровании возможности причащаться Святых Таин, что было особенно актуально в периоды гонений.
После «Отче наш» находящийся в алтаре священник, преподав «мир всем», закрывает завесу царских врат (напомним, сами они закрыты еще с окончания Великого входа). Диакон возглашает «Главы ваша Господеви приклоните» — мы приближаемся к непосредственной встрече со святыней, к Причащению Святых Таин. Священник тайно читает молитву «Благодарим Тя, Царю невидимый…», которая продолжается возгласом «Благодатью, и щедротами, и человеколюбием Единородного Сына Твоего…». Диакон возглашает «Вонмем» (то есть «Будем внимательны»).
— Многие спрашивают: почему перед Причащением духовенства в алтаре мы слышим возглас «Святая святым», разве мы святые?
— Возглас действительно означает, что Святые Дары предназначены святым; но слово «святые» здесь используется в значении выделенные для Христа, избранные для Него и освященные Его благодатью. Сам факт нашего крещения уже выделил нас из общего числа людей: Но вы — род избранный, царственное священство, народ святой, люди, взятые в удел, дабы возвещать совершенства Призвавшего вас из тьмы в чудный Свой свет (1 Пет. 2, 9). Эти слова первоверховного апостола говорят еще и о том, что каждый из нас призван к святости. После «Святая святым» хор поет «Един Свят, един Господь» — только Он, Единый Безгрешный, может очистить нас от наших грехов — и затем причастны, или, по-гречески, киноники. Причастен, как правило, стих псалма (хотя есть и исключения, то есть причастны, взятые не из псалмов, например, пасхальный «Тело Христово приимите…»), который следовало бы петь медленно все то время, пока причащается духовенство. В Средние века действительно пели этот стих (или два стиха, если положено по Уставу) на протяжении пяти-семи минут, пока причащались клирики.
Сразу после возгласа «Святая святым» перед закрытыми царскими вратами ставится зажженная свеча, которая горит все время, пока причащаются священнослужители; перед началом Причащения народа ее убирают.
Газета «Православная вера» № 6 (530)
Беседовала Марина Бирюкова
Как проходит литургия в Православной Церкви
Служба начинается с чтения Часов – краткого богослужения, молитвенно освещающего определенное время суток (с шести часов утра до шести часов вечера). Пока чтец и прихожане молятся, священник совершает проскомидию. Это первая часть Литургии, состоящей из трех: Проскомидия, Литургия оглашенных и Литургия верных.
Часы прочитаны, начинается Литургия оглашенных. Свое название она получила потому, что на ней могли присутствовать не только члены Церкви, но и те, кто только готовился принять Крещение. С благословения иерея дьякон с амвона провозглашает начало службы. Священник гласом прославляет Святую Троицу, хор попеременно то левым, то правым хором (антифонно) поет псалмы, произносится Великия ектения (прощение у Бога милости и благ). По окончанию пения священник вместе с дьяконом , у которого в руках напрестольное Евангелие, выходят на амвон. Символическими действиями дьякон напоминает верующим, что сейчас они услышат святое Евангелие и поэтому должны стоять прямо (об этом напоминает возглас – «Премудрость, прости (прямо)). Так совершается Малый вход, обозначающий выход Иисуса Христа на проповедь – каждое обрядовое действие в Церкви глубоко символично и несет в себе глубокий смысл. После чтения Апостола и Евангелия совершается сугубая ектения, и это вторая возможность, когда можно помолиться за тех, кто нам дорог. Далее возносится ектения об оглашенных, и в древности, после этого все некрещеные удалялись из храмов. Сейчас же эта традиция не соблюдается.
Начинается Литургия верных. Дары с жертвенника переносятся на престол. Священник втайне молится, чтобы Господь сделал его достойным совершать это великое Таинство. В это время хор поет песнопение, которое называется Херувимская песнь. Потом священник, неся перед собой Святую Чашу, вместе с дьяконом выходит на амвон и произносит молитву о Патриархе, епископах и всех православных. После чего они совершают Великий вход в алтарь.
Раздается призыв возлюбить Святую Троицу, и верующие поют «Символ веры», которые напоминает о том, в чем состоит надежда и упование Церкви. Затем начинается «Святое Возношение». Верующие кланяются, благодарят Господа за все его блага и милость Его. Священник в тайной молитве просит Господа ниспослать Своего Святого Духа на людей в церкви и на Предложенные Дары. Также возносятся молитвы, чтобы верующие укрепились в добре, чтобы Бог позволил им обращаться к Себе со своими нуждами. Вслух священник благословляют присутствующих, и начинается просительная ектения. Поется молитва «Отче наш» всеми присутствующими.
Диакон опоясывается орарем, возглашает «Вонмем», и завеса Царских Врат задергивается, тем самым напоминая о камне, который был привален ко Гробу Господню. Священник, поднимая Святой Агнец, возглашает «Святая – святым». Верующие отвечают : «Един свят, един Господь, Иисус Христос, во славу Бога Отца», тем самым сознавая свое недостоинство.
Первыми причащаются священнослужители. Священник разламывает Агнец на четыре части: часть с надписью “IC” опускается в чашу, затем туда же наливается горячая вода (теплота). Другая часть с надписью “ХС” – для причастия священнослужителей, части с надписями “NI” и “КА” – для мирян.
Пока причащаются священнослужители, поется так называемый Запричастный канон. Наконец открываются Царские врата. Выходит священник с Чашей в руках, произносит особую молитву, причастники подходят, сложа руки крестообразно на груди и называя свое имя. После Причащения верующим дают запивку (вино, смешанное с горячей водой). Это нужно для того, чтобы во рту не остались частички Святых Даров. Священник заносит чашу в алтарь и опускает в нее частицы из принесенных просфор с молитвой, чтобы Господь омыл грехи всех, кто поминался на Литургии. Это последний раз, когда мы можем молитвенно помянуть своих сродников и братьев и сестер по вере. Совершается Отпуст, верующие подходят и целуют крест в руках священника. Желательно провести остаток дня благоговейно, храня полученную благодать и памятуя о Боге.
Литургия: Проскомидия
Беседы о литургии. Часть 1
Когда-то в древности на главное христианское богослужение священник приходил в храм уже после того, как соберутся все верующие. Только после этого и начиналась Божественная литургия.
Сегодня наоборот, священник приходит в храм, как правило, раньше всех, рано утром. Прихожане еще не подошли, в лучшем случае, его встречает помощник – алтарник, он же пономарь, он же парамонарь.
Многое изменилось. Что-то уже и распознать без специального образования сложновато. Но, тем не менее, литургия остается той же литургией, что и древние апостольские богослужения двухтысячелетней давности.
Кстати, а что значит само слово «литургия»? В переводе с древнегреческого оно означает «общее дело», «общественная повинность». Так в Древней Греции задолго до появления христианства называли общественные обязанности состоятельных граждан городов-государств – «полисов».
Таких обязанностей было несколько. Литургией называлась оплата праздничных застолий (эстиасис), содержание в течение года школы-гимнасия и участников гимнастических соревнований (гимнасиархия), оплата театральных шествий и хоров, выступавших на празднике Диониса (хорегия), финансирование посольств, отправляющихся на религиозные праздники (архифеория), а в случае войны добавлялась триерархия т.е. снаряжение военного корабля — триеры.
Смысл таких литургий – снятие напряжения между богатыми и бедными слоями граждан, ведь так все одинаково могли участвовать в праздниках, даже если не у всех хватало денег для их устройства.
Это главное свойство литургии – объединять разных людей для общего дела – как нельзя лучше соответствовало и первым христианским богослужениям, где все крещеные христиане сообща собирались на ужин для причащения — вкушения особо освященного Хлеба и Вина, ставшими Телом и Кровью Иисуса Христа, и делились другой пищей друг с другом независимо от положения в обществе или достатка.
«Как, ужин?! Ведь причащаются с утра и не едят перед этим!» – удивитесь вы. Верно, но так было не всегда. До IV века, а, точнее, до 397 года, когда на Карфагенском соборе было постановлено причащаться натощак, причащение совершалось … прямо во время ужина. За таким ужином собирались все христиане, слушали Писание и проповедь старейшего, старшего христианина (по-гречески его называли «пресвитер», это синоним слова священник), из его рук принимали освященный Хлеб и Чашу с вином.
Но люди слабы. И такие застолья стали со временем поводом для беспорядков. Кто-то делал слишком уж большие глотки вина, богатые не хотели делиться своей едой с бедными (кстати, именно это, а не недочитанные молитвы и не соблюденный пост апостол Павел называл недостойным причащением, от которого можно заболеть и даже умереть (1 Кор. 11, 26-27)), священная трапеза все больше напоминала светский ужин. Так что, начиная с конца IV века, и сложился обычай воздерживаться от пищи с полуночи или за шесть часов до причащения, а сами трапезы устраивать после литургии. Отголоском тех общих ужинов остались освящения хлеба, пшеницы, вина и растительного масла на Всенощном бдении, освящение пасхальной еды, освящение колива в память усопших и т.п.
Как только богослужение отделилось от самой трапезы, встал вопрос: а как выбирать хлеб и вино для причастия, кто его должен приносить, как его приготавливать для причащения и т.п.?
Поначалу это делали диаконы прямо посередине службы вскоре после чтения Евангелия, там, где сейчас поётся Херувимская песнь. Они выбирали среди принесенных прихожанами хлебов и вина лучшие и приносили их к алтарю, где и происходило освящение.
А потом это стали делать в особом помещении при храме, чтобы во время службы не было никакой суматохи.
Так появилась проскомидия.
Вообще, чтобы как следует разобраться в том, что такое литургия и почему она дошла до наших дней именно в таком виде, стоит почитать серьезных исследователей и публицистов. Могу рекомендовать, например, такие книги в электронном формате:
Да и вообще не помешает вся подборка текстов на «азбуке веры»
Там мы узнаем, среди прочего, что проскомидия – это по-гречески принесение, подношение. То самое приношение хлеба и вина для последующего причащения. Только если раньше хлеб и вино (и масло для лампад, и ладан и пр.) люди приносили свое, приготовленное своими руками, то теперь люди просто жертвуют деньги, а храмовые сотрудники сами приобретают муку и дрожжи, пекут просфоры, закупают вино и прочее, необходимое для совершения службы.
Кстати, просфора тоже переводится как приношение. Это круглый хлебец из дрожжевого пшеничного теста, состоящий из двух частей. На верхней части есть выпуклое изображение креста и буквы ИС ХС НИ КА, что с греческого переводится как «Иисус Христос побеждает (смерть)».
Вино в Русской Церкви используется красное, крепкое, сладкое. Оно называется «кагор», но к одноименной французской винодельческой провинции отношения практически не имеет. Главное, чтобы оно было натуральным и не теряло своих вкусовых качеств при разбавлении водой.
![]() |
Видео (кликните для воспроизведения). |
Но перед тем, как приготовить это к последующей службе, священник с чтением специальных молитв входит в алтарь и одевается (мы говорим – облачается) в особые священные одежды, символика, цвета и форма которых – разговор особый. Тем самым подчеркивается, что предстоящее богослужение – это не обычное человеческое мероприятие, а а священнодействие, превосходящее обычные действия, направленное ввысь, отрешенное от суеты.
В храме в это время полумрак, все врата закрыты. Людей в храме еще мало. Священник произносит прославляющий Бога возглас, и чтец негромко читает 3-й и 6-й часы – комбинацию псалмов и молитв. Основная тема 3-го часа – схождение Святого Духа в день Пятидесятницы на апостолов, а 6-го распятие Христово.
В это время внутри алтаря священник на небольшом столе – жертвеннике в левой, северной части алтаря – при чтении особых молитв вырезает из большой просфоры особым ножом – копием – куб, называемый Агнцем, символизирующим пасхального ягненка Ветхого Завета и Христа одновременно, и кладет его на металлическое блюдце на ножке – дискос. Вливается в чашу вино с небольшим количеством воды, на дискос добавляются частицы просфор в память всех святых, а также живых и умерших христиан. Это символ единства Христовой Церкви всех поколений и эпох. Затем на сосуды кладутся расшитые крестами и узорами покровы. Отдергивается завеса при Царских вратах в центре иконостаса. Сосуды, алтарь и весь храм кадится благоуханным дымом ладана.
Священник в это время продолжает вынимать маленькие частицы из просфор в память живых и умерших и ждет окончания чтения часов, чтобы начать вторую часть литургии – Литургию оглашенных или Литургию Слова.
Тайные молитвы
— Алексей Сергеевич, прежде всего, давайте поясним читателям, что «тайные» в данном случае не означает «секретные». У Православной Церкви, как известно, есть Таинства, но нет тайн. Любой прихожанин при желании может ознакомиться с текстами тайных священнических молитв и получить, наконец, представление о том или ином богослужении в целом. Но почему все же принято произносить эти молитвы про себя?
— Процесс ухода части молитвословий из слышимых в неслышимые начался примерно в VI веке и закончился в VIII. Это объяснялось охлаждением религиозного чувства и евхаристического рвения в верующих: люди переставали со вниманием слушать длинные молитвы пресвитеров, поэтому молитвы становились тайными. VI веком датируется новелла императора Юстиниана, в которой он резко критикует зарождающуюся практику тайного чтения молитв Литургии. Тем не менее тайное чтение молитв в Церкви закрепилось и сохраняется.
— Значит, тайное произнесение молитв — своего рода икономия, снисхождение к духовной немощи верующих? Это непривычно: мы ведь уже имели достаточно случаев понять, что Церковь, напротив, сшита нам на вырост.
— Да, это уступка. И не единственная. Для примера: молитва Ефрема Сирина за великопостными службами когда-то совершалась с шестнадцатью земными поклонами, а теперь лишь с четырьмя. Все каноны на утрене когда-то принято было петь, теперь же мы поем лишь ирмосы и катавасии. Церковь идет навстречу людям, которым не под силу слишком напряженный и непрерывный духовный труд.
— Много ли теряют верующие, которым этот пласт богослужения — тайные молитвы — совершенно неизвестен?
— Все ли богослужения сопровождаются тайными молитвами?
— Не все. Часовые службы (кроме собственно часов, к этой категории относятся повечерие и полунощница) тайных молитв в своих последованиях не содержат. В вечерне и утрене их немного. Чинопоследование вечерни содержит семь светильничных молитв и одну молитву главопреклонения. Светильничные молитвы читаются священником во время предначинательного 103-го псалма: священник символически изображает Адама, потерявшего Рай и испрашивающего теперь милости и прощения Божиего: «Господи, да не яростию Твоею обличиши нас, ниже гневом Твоим накажеши нас, но сотвори с нами по милости Твоей, врачу и исцелителю душ наших…» На утрене, во время второй части шестопсалмия, священник, стоящий лицом к Царским вратам, читает двенадцать утренних молитв: если определить их содержание сжато, то это просто утренняя молитва любого христианина. И священник в эти минуты молится как наш представитель, он за всех нас произносит эти молитвы перед Царскими вратами.
А вот за Божественной литургией священник читает много тайных молитв. Вот почему внешне (без учета тайных молитвословий) это центральное богослужение Церкви выглядит гораздо проще, чем оно есть на самом деле.
Литургия оглашенных содержит краткие молитвы антифонов: «Господи Боже наш, Егоже держава несказанна и слава непостижима, Егоже милость безмерна, человеколюбие неизреченно, Сам, Владыко, по благоутробию Твоему призри на ны и на святый храм сей и сотвори с нами и молящимися с нами богатыя милости…» Возглас «Яко благ и человеколюбец Бог еси…» — это продолжение тайной молитвы третьего антифона «Иже общия сия и согласныя даровавый нам молитвы…».
Уже после малого входа, во время пения тропарей и кондаков священник тайно читает молитву, предваряющую пение Трисвятого (Святый Боже, Святый Крепкий…»); это прошение ко Господу, чтобы Он принял от нас «Трисвятую песнь» так же, как Он принимает ее от Ангелов; мы дерзаем сравнивать себя с Небесными Силами: «…прими и от уст нас грешных Трисвятую песнь и посети ны благостию Твоею…».
Тайная молитва читается священником и перед чтением Евангелия; он просит о том, чтоб прочитанное в храме Евангелие осталось в сердцах, чтобы чтение не было бесплодным: «Возсияй в сердцах наших, человеколюбче Господи, Твоего боговедения нетленный свет…»
Во время прошения сугубой ектении «Помилуй нас, Боже» читается молитва прилежного моления: «Господи Боже наш, прилежное сие моление прими от Твоих раб, и помилуй нас по множеству милости Твоея, и щедроты Твоя ниспосли на ны и на все люди Твоя, чающия от Тебе богатыя милости».
— А почему в тайных молитвах везде «мы», «нам», «нас»? Священник ведь молится про себя, один, мы даже не слышим.
— Это напоминает нам о том, что когда-то все эти молитвы читались вслух, и сейчас мы, церковный народ, призваны к соучастию в них. Тем важнее для нас их знать. Единственная молитва, читаемая от первого лица в единственном числе,— та, которую священник читает до великого входа — во время «Херувимской песни» — «Никтоже достоин…». Здесь священник молится только о себе. Служение Богу, предстояние Ему настолько высоко, что иерей, грешный человек, недостоин совершать «великое и страшное и самим Небесным Силам», и потому он просит Господа: «Сподоби принесенным Тебе быти мною, грешным и недостойным рабом Твоим, Даром сим. Ты бо еси Приносяй и Приносимый, и Приемляй и Раздаваемый». Это очень красивая антиномия, она говорит о том, что Господь, давший нам все, Сам приносит Себя в жертву.
— Есть ведь и тайная молитва об оглашенных — как бы на границе между Литургией оглашенных и Литургией верных…
— Да, священник читает ее про себя, в то время как диакон провозглашает «Оглашенныя, главы ваши Господеви приклонити…»: «Призри на рабы Твоя оглашенныя, подклоньшия Тебе выи своя и сподоби я (их) во время благополучной бани пакибытия» (т. е. Крещения).
Дальше — молитва во время просительной ектении перед «Символом веры». Именно в ней начинается призывание Святого Духа. В Литургии Василия Великого она длинней, чем в Литургии Иоанна Златоуста, и изобилует ссылками на ветхозаветные образы: священник просит Бога принять Бескровную Жертву, как Он принимал жертвы ветхозаветных праведников: «якоже приял еси Авелевы дары, Ноевы жертвы, Авраамова всеплодия, Моисеева и Ааронова священства, Самуилова мирная».
— И, наконец, Евхаристический канон…
— Когда пресвитер возглашает «Благодарим Господа», а хор поет «Достойно и праведно есть…» — читается первая, благодарственная часть тайной молитвы Евхаристического канона «Достойно и праведно Тя пети». В ней перечисляются все действия Бога, начиная с сотворения мира и кончая ниспосланием Духа Святого. Далее, когда хор поет «Свят, Свят, Свят…», священник читает вторую часть этой молитвы — «С сими и мы блаженными силами», где происходит переход от благодарения к воспоминанию истории Искупления: «Иже мир Твой так возлюбил еси, якоже Сына Твоего Единородного дати, да всяк веруяй в Него не погибнет, но имать живот вечный». И завершается эта молитва тем, что Господь Иисус Христос «прием хлеб во святыя Своя и пречистыя и непорочныя руки, благодарив и благословив, освятив, преломив, даде святым Своим учеником и апостолом, рек…». Это то, что мы не слышим, а дальше мы слышим: «Приимите, ядите. Сие есть Тело Мое…». Это установительные слова Евхаристии.
После установительных слов и после «Твоя от Твоих…», когда хор поет «Тебе поем, Тебе благословим, Тебе благодарим…» — священник читает молитву, которая называется «эпиклеза» — призвание Святого Духа: «Еще приносим Тебе словесную сию и безкровную службу, и просим, и молим, и мили ся деем (смягчаем свои сердца, делая себя “милыми”), ниспосли Духа Твоего Святаго на ны и на предлежащия Дары сия».
Дальше — две молитвы: о тех, кто будет причащаться Святых Даров («Якоже быти причащающим- ся во трезвение души, во оставление грехов, в приобщение Святаго Твоего Духа…»), и о «иже в вере почивших праотцех, отцех, патриарсех, пророцех, апостолех, проповедницех, евангелистех, мученицех, воздержницех и о всяком дусе праведнем в вере скончавшемся». Эта молитва переходит в возглас «…изрядно о Пресвятей, Пречистей, Преблагословенней Славной Владычице нашей Богородице и Приснодеве Марии».
— Тайное произнесение молитв — это ведь вопрос в Церкви чрезвычайно дискуссионный, он обсуждается…
— Да, многие богословы и литургисты говорят — было бы хорошо, если бы все молитвы читались возгласно. Но здесь нужно, наверное, согласиться с мнением архимандрита Киприана (Керна) о том, что к возгласному произношению всех молитвословий Литургии надо стремиться, но это не может быть решением только одного отдельно взятого пресвитера; поменять практику совершения Божественной литургии — это требует решения общецерковного, решения высшей церковной власти. Самочиние в Церкви всегда опасно, даже если исходит из благой идеи.
Отрывок из книги “Благословенно Царство” , Кашкин А. С., Бирюкова М. А. — Саратов: Изд-во Саратовской митрополии, 2015.
История, смысл, красота православного богослужения раскрываются в живом диалоге, посредством вопросов и ответов. Участники бесед — ученый-библеист, автор учебного пособия «Устав православного богослужения» для духовных семинарий и журналист, работающий в церковных СМИ.
Отдельные главы книги посвящены богослужениям суточного круга, Божественной литургии, богослужению праздников. Читатель узнает, что такое тайные молитвы, как присутствует в новозаветном богослужебном Уставе Ветхий Завет, в чем особенности богослужения, совершаемого епископом.
О тайном чтении молитв на литургии
«Помолися Отцу твоему, Иже в тайне: и Отец твой,
видяй в тайне, воздаст тебе яве.» (Мф.VI,6).
Можно заметить в последнее время появившуюся новую практику чтения тайных молитв вслух во время служения литургии некоторыми священнослужителями. Насколько такое явление оправдано с точки зрения традиционной православной литургики? Постараемся с Божией помощью разобраться.
Любое изменение традиции, особенно в служении литургии, довольно критически воспринимается православным народом. Ведь в Церкви нет ничего случайного. Если что-то было установлено святыми отцами, значит, на то были определенные причины. Что это были за причины, и изменились ли они сейчас? Да и читались ли вообще когда-либо молитвы анафоры вслух? Это непростой вопрос. Прямых свидетельств, указывающих на такую практику нет, есть только косвенные. Но достаточно ли их для внесения изменения более чем в 16-и вековую практику Церкви? Даже если предположить, что когда-то в древности до IV века молитвы анафоры читались вслух, то почему же в дальнейшем такую практику святые отцы отменили?
Итак, рассмотрим более подробно.
Святитель Герман Константинопольский (VIII в.)о тайном чтении молитв: « Иерей приступает, входит в общение с ангельскими силами и стоит, как бы не на земле, но в пренебесном жертвеннике, перед страшным жертвенником престола Божия. Иерей с дерзновением приступает к престолу Божией благодати. Отверзая уста перед Богом и один собеседуя с Ним, и взирая на славу Господню уже не в облаке, как некогда Моисей в скинии свидения, но откровенным лицем. И посвящается он в боговедение и в веру Святыя Троицы, и втайне изрекает пред Богом тайны, в таинственных действиях возвещения тайны, сокровенные от веков и родов, ныне же открывшиеся нам чрез явление Сына Божия — тайны, которые поведал нам Единородный Сын, Сый в лоне Отчи.» (12).
Таково божественное устроение, чтобы низшие чины получали освящение от Бога через высших, соразмерно с богосозерцательным свойством каждого чина,»ибо сей Божественный луч не иначе может нам воссиять, как под многоразличными, священными и таинственными покровами, и притом, по Отеческому промыслу, приспособительно к собственному нашему естеству.»(16). «Ибо низшие степени не могут перешагнуть к тому, что принадлежит высшим, им не позволено дерзновенно и покушаться на это, а степени божественнейшие ведают священные тайны как своего служения, так и служений низших совершенства их.» (17).Во всем творении Божием усматривается строгий иерархический порядок, божественная гармония и несмешиваемая соразмерность.
Сохранение тайны требует и 91-е каноническое правило святителя Василия Великого (18) — «молчанием охраняти святыню таинства». «Сия есть вина предания без писаний, дабы к многократно изучаемому познанию догматов не утратили многие благоговения, по привычке.» (19). Здесь речь идет о так называемой «дисциплине тайны» (disciplinaarcani), необходимой для сохранения священного благоговения и во избежание профанации таинств. Чтение молитвы в молчании соответствует и святоотеческой исихастской практике умного делания.Исихия — это молитва в безмолвии. Так же на тайное чтение молитв во время литургии указывают богослужебные книги, начиная от самых древних известных нам Евхологиев — Барберини (VIII в.) и Синайский (XI в.), и кончая современными Служебниками и Чиновниками.
Для молитв же, которые по уставу полагается читать вслух (кафизмы, каноны, часы и проч.), в церкви специально принято т.н. псалмодическое чтение — без выражения, дабы скрыть, таким образом, личные страстные эмоции читающего, как принадлежащие не к духовной, а душевной сфере. Чтение же на литургии тайных молитв вслух мешает молиться не только мирянам, но и сослужащим священникам. Святитель Кесарий Арелатский (VI в.) пишет: «Прежде всего, возлюбленные, когда мы приступаем к молитве, мы должны молиться в тишине и молчании. Если кто-то хочет молиться вслух, он может похитить плоды молитвы от стоящих рядом с ним». В литургии нет места эмоциям. Поэтому священник своим, так называемым, выразительным и громким чтением оземляет и профанирует службу, не помогает, а мешает людям молиться. Литургия — это тайна, а тайна переживается сердцем во внутреннем безмолвии (20).
(*) Греческий текст на свитке соответствует церковнославянскому: «Господи Боже наш, создавый нас» — начало тайной молитвы приношения, совершаемой по поставлении Святых Даров на престоле,из литургии свт.Василия Великого.
1. «Видя Венеры алтарь, озабоченно матери молят о красоте своих чад: о сынах они шепчут, о дочка громче гласят. » (Децим Юний Ювенал.Сатира десятая, 289-291).
2. Р.Тафт. Тайно или гласно возносилась евхаристическая анафора. 2006 г., с. 9.
4. Мф.VI,6. Приведем здесь святоотеческие толкования этого важного места Священного Писания. «Ты же, когда молишься, войди в комнату твою и, затворив дверь твою, помолись Отцу твоему, Который втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно». Это простое понятое наставление учит слушающего, чтобы он избегал тщеславия в молитве. Но мне кажется, что этим повелевается, чтобы мы преимущественно молились Господу скрытым помышлением сердца и не открывая уст (labiisquecompressis), что сделала и Анна, как мы об этом читаем в свитке Царств. «Только губы ее», говорится там, «были в движении» — 1Цар.I,13) (блж.Иероним Стридонский).Эти слова должно понимать и таинственно. «Клеть» — это ум, прекраснейшее вместилище мыслей; а «дверь» — место чувств: глаза, уши и пр., через которые входит злое помышление, ограбляющее богатство добродетели. Что же, не должно молиться в церкви? Совершенно должно, но не с тем, чтобы показаться людям — так как за это Он осуждал лицемеров, — но с тем, чтобы сделать милостивым к себе Бога. И молящийся среди толпы может не грешить, когда молится не напоказ, и молящийся в запертой комнате может грешить, когда делает противоположное. Бог везде смотрит на цель дела. И таких Он назвал лицемерами, как имеющих вид молящихся, а мыслью тщеславящихся. (Евфимий Зигабен).
6. «Подобает, во первых, по беседах епископских, особо творити молитву об оглашенных, а по изшествии оглашенных, быти молитве о кающихся: когда же и сии приищут под руку, и отидут, тогда совершати молитвы верных три: едину, то есть первую, в молчании, вторую же и третью с возглашением исполните.» (Лаодикийский собор, 19-е правило).
7. Иоанн Златоуст. 4 Беседа на 2-е Послание к Фес., 2.
8. «Ведомо нам по городу Москве и из других мест епархиальные Преосвященные сообщают, что в некоторых храмах допускается искажение богослужебных чинопоследований отступлениями от церковного устава и разными нововведениями, не предусмотренными этим уставом. открываются царские врата во время, когда не следует, молитвы, которые положены читать тайно, читаются вслух. » (Святейший Тихон, Патриарх Московский и всея Руси. Обращение к архипастырям и пастырям Православной Российской Церкви от 4(17) ноября 1921 года).
9. Дионисий Ареопагит. «О небесной иерархии», гл.2, пар.5.
10. Дионисий Ареопагит. «О церковной иерархии», гл.3, III.Созерцательная сторона, 3.
11. Дионисий Ареопагит. «О небесной иерархии», M.Gandillac, р.245.
12. Герман Константинопольский. «Последовательное изложение церковных служб и обрядов». Писания св. Отцов и Учителей Церкви, т.1. с.400.
13. Дионисий Ареопагит. «О небесной иерархии», гл.8, пар.3).
14. Дионисий Ареопагит, «О церковной иерархии», гл.6, III. Созерцательная сторона, 6.
15. Дионисий Ареопагит, «О небесной иерархии», гл.1, пар.3.
16. Дионисий Ареопагит, «О небесной иерархии», гл.1, пар.2.
17. Дионисий Ареопагит. «О церковной иерархии», гл.5, I. О посвящении лиц священных, 7.
18. Книга Правил. Издание Свято-Троицкой Сергиевой лавры, 1992.
![]() |
Видео (кликните для воспроизведения). |
20. Рафаил Карелин. «О декламации в храме».
Собираю молитвы и прочие священные тексты с целью их сохранения. Вся информация представлена «как есть» и не преследует цель оскорбить Ваши чувства.
Вопросы по работе ресурса или модерации размещенной информации, принимаются через контактную форму сайта.